СОДЕРЖАНИЕ КУРСА

   ТЕМА 1. Социология как полипарадигмальное знание о социальных сообществах и социальных процессах (лекция - 4 часа, семинар - 2 часа).

Понятия 'социальный факт' и 'социальная реальность'. В общенаучном (в отличие от определения Дюркгейма) факты-события, свершившиеся в определенное время и в определенном месте (М.Бунге). В систему знания они включаются, лишь будучи зарегистрированными. Метод и техники регистрации социальных фактов, понятия для их обозначения - все это область теории и методологии. Следовательно, регистрация фактов-базиса позитивной социологии прямо зависит от теоретико-методологического подхода.

Множественность теорий и парадигм в теоретической социологии частично объясняется аргументами Виндельбанда, Риккерта (дискуссия о методе социального знания), развитыми в работах. Вебера (понимающая социология) и далее - феноменологами и конструктивистами(Щюц, Бергер и Лукман). В определенной мере разногласия в макротеориях объяснимы социо-культурной принадлежностью самих теоретиков. Например, Русская субъективная школа (Михайловский и др.) утверждала соответствие объективных закономерностей общественного прогресса становлению социальной солидарности, общинности; Чаянов, вопреки Веберу, отрицал идею 'экономического человека', т.е., рационального действия в пользу принципа российского крестьянина - самодостаточности, самоограничения своих потребностей.

Правильно сказано Коэн Хютерем прежде, чем стать социальным теоретиком, ученый социализируется в культуре своего общества (обсуждение этой проблемы), Так возможна ли единая социология для всего мира, или она должна иметь национальные корни?

Множественность социологических макротеорий объясняется также различиями в представлениях о научной картине мира. Современные теории об изменениях общенаучной картине мира (см. последнюю монографию В.Степина) от объективизма до постмодернизма (автор курса полагает этот подход бесперспективным для науки, ибо здесь сама наука представляется 'игрой' интеллектов, беспредельным дискурсом). Для классиков прошлого века (Конт, Дюркгейм, Зиммель, Маркс и, в близкое нашему времени - Парсонс) социальная реальность - независящая от субъекта (исследователя) организованная система. Конструктивизм и феноменологи акцентируют субъективные смыслы социальных реалий. 'Если ситуация определяется как реальная, то она реальна по своим последствиям' (так называемая теорема В.Томаса). Как же совместить два полярных взгляда на социальную реальность? Возможное решение -реалистский подход, суть которого в том, что социальный мир есть надиндивидуальные структуры и действующие в них социальные субъекты - деятели своей жизни и социальной истории.

Практически нет однозначного ответа на вопрос о предмете социологии, т.к. этот предмет может быть определен лишь в рамках той или иной теоретико-методологической парадигмы. Обсуждение этой проблемы. Автор курса предлагает в качестве рабочего определения считать, что основной предмет социологического знания - социальные сообщества и социальные взаимодействия.

   ТЕМА 2. Социальные общности и социальные взаимодействия как основной предмет социологии (лекция - 4 часа, семинар - 2 часа).

Как возможно общество? Благодаря взаимодействию людей (Г.Зиммель), каковое предполагает и некоторую общность природных и территориальных условий (Конт),и общность культуры (религии, системы ценностей, поведенческих норм -Э.Дюркгейм). Общность людей предполагает какие-то формы взаимной солидарности, самоуправления или управления. Зрелое социальное сообщество предполагает идентификацию образующих его членов с данным сообществом и солидарные действия. Обсуждение проблемы солидарности по Дюркгейму, Марксу, в рамках теории рационального выбора.

Крупнейшее открытие Вебера - теория социального действия и ее развитие Парсонсом. Дальнейшие продвижения в этом направлении: Хабермас и 'сетевое общество' Кастельса. Особенности российских 'сетей' взаимосвязей. Реальные и номинальные (конструируемые исследователем в анализе эмпирических данных) общности, а также встроенные и невстроенные в социальную систему (маргинальные сообщества, движения). Далее рассматриваются только реальные и встроенные в систему общности от малой группы до глобального сообщества. Принципиально разные теории, объясняющие взаимодействия на макро- и микро-уровнях.

Макротеории социального взаимодействия, по сути, объясняют ТИПЫ обществ: формации, основанные на различиях общественных отношений у Маркса, типы солидарностей, основанные на общественном разделении труда у Дюркгейма, типы культур (от традиционной до постмодерна), как это представлено в теориях Тенниса, Вебера и др. Деятельностно-активистский подход в этом аспекте утверждает принцип 'рефлексивного мониторинга', т.е. постоянного 'отслеживания' реальных практик социального взаимодействия и взаимодействий групп, субъектов с социальными институтами (Гидденс), о чем подробнее в теме 3.

На мезоуровне социальные взаимодействия = область феноменологических подходов, но также и в специальных (частных) теориях рационального выбора (Хоуманс, Коулмэн) и символического интеракционизма (Дж.Мид). Социологу полезно знать и психологические теории, в особенности психоаналитические, бихевиористские, когнитивистские, ибо эти подходы существенно дополняют понимание и объяснение межличностных, групповых и взаимодействий индивидов с общностью. Психологические теории можно отнести к микроуровневому анализу социальных взаимодействий.

Российские реалии: проблемы солидаризации и социальных конфликтов. Обсуждение эмпирических данных под углом зрения разных теоретических подходов.

   ТЕМА 3. Социальные структуры и социальные институты (лекция - 2 часа).

Наибольший вклад в проблематику социальных структур и институтов внесли следом за Дюркгеймом структурные функционалисты. Парсонс формулирует классический принцип четырех функций социнститутов: они адаптируют, целеориентируют, интегрируют и легитимируют существующий порядок вещей в обществе. Мертон радикально ревизует данный постулат, утверждая идею дисфункций социнститута и концепцию латентных их функций. Работа Мертона 'Америкэн колледж', где его концепция отлично верифицируется.

Ленские (как их еще назвать, если два Ленски?) о социальных институтах как необходимых структурах, отвечающих общесоциальной потребности. Типы таких потребностей и их реализация в институтах общества. Обсуждение процессов становления новых социнститутов в постсоветской России. Концепция С. Кирдиной относительно институциональных матриц российского и обществ западного типа. Теневые практики (В.Волков, В.Радаев) как псевдоинституты нашего общества (например, коррупция, 'крыша' в экономических отношениях).

Деятельностно-активистская парадигма НЕОИНСТИТУЦИОНАЛИЗМА (Флигстайн, Гидденс и др): социнституты бессубъектны, надиндивидны, но будучи системой ресурсов и правил, (а) обладают разыми 'разрешающими способностями' (М.Арчер) и (б) претерпевают воздействия социальных субъектов (акторов), каковые обладают разным уровнем социального ресурса (символического капитала, т.е. властного потенциала по Бурдье). Т. Бернс и теория систем правил: механизмы формирования правил социальных взаимоотношений, закрепляемых социнститутами. В активистской парадигме понятие структуры вообще заменяется понятием поля (метафора электромагнитного поля со сгустками напряжений, полярных зарядов.)

Кто в современной России устанавливает правила социальных взаимоотношений, включая экономику, политику и т.д.? Дискуссия со студентами.

   ТЕМА 4. Социальное расслоение: теории и их приложения к российскому обществу (лекция - 2 часа, дискуссия - 2 часа).

Социальное расслоение, неравенство - неизбывное общественное состояние. Марксизм также не отрицает этот факт, утверждая лишь принцип незакрепленности социального статуса за индивидом пожизненно (перемена труда). Классика в данной проблематике: Дюркгейм, Маркс, Парсонс, Сорокин. Вебер и его теория классов. Новое прочтение Вебера (В.Радаев) в поиске индикаторов экономического статуса, властного положения и престижности.

Проблема заданности и достижения социального статуса, партикуляризма и универсальности социальной оценки и определения достоинства по социальному положению Дискуссия со студентами относительно российской ситуации наших дней. Эмпирические данные о сильноресурсных и слаборесурсных социальных группах. Проблема 'подтягивания' (консистентности, по Сорокину) экономического статуса к политическому в западных обществах и скорее обратная тенденция использования политического статуса для повышения статуса в экономическом 'поле'. Проблема неразделенности экономического и политического 'полей' в современной России (логика анализа в активистской парадигме - Бурдье). Обсуждение эмпирических данных в этой области.

Какая теоретическая концепция социального неравенства более адекватно описывает российские реалии? Марксистская теория солидаризации работников наемного труда, а с другой стороны - работодателей явно 'не проходит'. Стратификационный подход, предполагающий наличие среднего класса, заинтересованного в стабилизации данных экономико-социальных условий, также не работает (отсюда неологизмы срединного, промежуточного, базисного слоев). Авторская позиция в том, что именно деятельностная парадигма позволяет решить нашу российскую проблему социального расслоения. Соответственно такому подходу следует определять сильно- и слаборесурсные группы в обществе, критерии каковых эмпирически более или менее понятны: запас возраста ( естественный ресурс молодых) , образование, стартовый капитал в виде благосостояния семьи и наличия обширных социальных взаимосвязей (цепи взаимосвязей по Хабермасу) , проживание в крупном городе , но не в малом или деревне. В какой-то мере этническая принадлежность (отношение к 'титульной нации')

Эмпирические данные убедительно свидетельствуют о том, что сильноресурсные (к этому надо добавить самоощущение человека как теряющего или приобретающего в ходе трасформаций общественной системы) более интернальны - ответственны за свою жизнь, склонны к либеральным ценностям и более толерантны к иным образам жизни и действий, менее 'имперски ориентированы' и т.д.

   ТЕМА 5. Культура и личность. Социологические и психологические подходы в теориях личности (лекция - 4 часа, семинар - 2 часа).

Начиная с эпохи Возрождения, культура в западной цивилизации рассматривалась как вторая и даже истинная природа человека. А.Кребер и К.Клакхон выделили полтораста дефиниций культуры. Однако в социологической теории культура традиционно рассматривается, по Дюркгейму, в качестве регулятора социальных отношений и взаимосвязей, каковые обеспечиваются такими ее составляющими, как язык и его семантика, лидирующие ценности и нормы, поведенческие практики.

Другие 'универсалии' культуры (материальная культура) более интересуют социоантропологов, нежели собственно теоретиков социологии. Главный теоретический вопрос - каково место культуры в общесоциальной системе.

В классике социологии культура рассматривается как нечто вторичное по отношению к экономике и социальной 'сфере' Марксизм рассматривает ее в качестве надстройки над экономическим базисом, в структурном функционализме (Парсонс) культуре отводится роль 'женского' консервирующего начала, в отличие от социально-экономической подсистемы, исполняющей 'мужскую' функцию новаций. Отсюда - концепция 'культурного лага' (разрыва) при заимствовании более продвинутой культуры, что весьма актуально для реформирующейся России.

В современной теоретической социологии сосуществуют два по сути полярных представления о месте культуры в общесоциальной системе - традиционное (по Дюркгейму и Парсонсу) и постмодернистское, утверждающее безусловный приоритет культуры в общесоциальном целом. Реалистский и он же деятельностно - активистский подход, наиболее явно формулируемый Гидденсом, состоит в том, что роль культуры в социальной системе исторически меняется. В традиционных и посттрадиционных обществах человечество жестко и позже - менее жестко зависит от природных и экономических условий его бытия, но в наше время культура и прежде всего ее составляющая - наука (производство знаний), как и реальные человеческие практики начинают доминировать, к примеру, снижая возможную прибыль экономических структур за счет расходов на восстановление и поддержание природы, или, скажем научно-технические революции, каковые переустраивают всю социальную реальность, включая глобализацию социального пространства. Энгельс в заключительном пассаже одной из своих работ (о происхождении семьи, частной собственности и государства) писал, что не исключено в будущем обществе доминирование культуры, а Маркс рассматривал науку как производительную силу.

В итоге мы должны признать, что современные теоретические представления о функциях культуры в социо-культурной системе общества явно отличаются от социологической классики. П.Штомпка предложил вместо концепции культурного лага идею отставания при заимствовании более продвинутой культуры нормативных ее составляющих от реальных поведенческих практик, что мы и наблюдаем в современной России (например, 'спикер' Думы действует более как председатель Верховного совета), а 'новый русский' больше напоминает жулика, нежели честного бизнесмена.

Проблематика личности в социологической теории непосредственно связана с проблематикой культуры, ибо личность для социолога, в отличие от психолога, отнюдь не индивидуальность, но социальный тип. По Марксу личность есть ансамбль общественных отношений, в структурном функционализме - это продукт ролевых функций, по Веберу - проекция культуры. Специальные теории личности - ролевые теории - не оставляют места для проявления творческого потенциала индивида (у Мида творчество субъекта сводится к его отношению в исполнении заданных функций-ролей). Вытекающие из этой теоретической парадигмы концепции социализации, девиантного поведения Гидденс иронически именует концепциями личности как 'обструганного болвана'.

Шюц, а следом за ним Бергер и Лукман решают проблему субъектности личности в теории конструирования людьми своей социальной реальности, что вполне справедливо, если принять идею 'слаборесурсного' человека, каковой приспосабливает свое видение социума 'под себя' и действует соответственно. Деятельностный подход продвигается дальше, в направлении акцента на реальные поведенческие практики социальных агентов (следует различать понятия актора, исполняющего свои роли в своем статусе, и агента = метафора из химии, где агент есть вещество, участвующее в реакции). Социальные субъекты своей практикой взаимодействий с другими людьми и с социальными институтами изменяют и институты, и сами изменяются (идея Маркса). Проблема самосознания личности, самоидентификации и социальной идентификации (рассмотрение российских эмпирических данных).

Возврат к 'структурному болвану' и обсуждение работы Дарендорфа 'хомо социологикус', откуда пошел и 'хомо советикус'. Проблема этно-социального характера и работа Касьяновой о русском характере. Герт, Хофштедт о роли национальной культуры в менеджменте (показано, что универсальные правила транснациональной кампании существенно корректируются в разных культурах, где ценностно-нормативные системы сотрудников различны) Обсуждение идеи Рональда Инглехарта относительно того, что в резко трансформирующихся обществах ценностно-нормативные взгляды молодежи спустя 14-16 лет становятся доминирующими в обществе (в 'стабильных' обществах это на базе мониторинга изучения ценностей по Европе и всему миру не наблюдается). Дискуссия со студентами по этой проблеме.

Возврат к основным теоретическим идеям относительно личности и культуры. Психологические теории личности, каковых множество, .автор курса классифицирует как поведенческие (важно в прикладных исследованиях рекламы и политической пропаганды), каузально-генетические (полярности: Фрейд и Маслоу), в которых обсуждается проблема первичности-вторичности генотипического и социального (полезно знать о немотивированных в социальном смысле действиях), дифференциально - психологические (Оллпорт и Мерлин), каковые 'обзывают' также тестологическими (полезно в использовании на практике тестов разной теоретической ориентации), потребностно-мотивационные (начиная с Курта Левина и до диспозиционной теории Ядова), которые наиболее близко примыкают к корпусу социологического знания.

Резюме по теме: в современной теоретической социологии функции культуры приобретают господствующее значение в социальной системе, а проблематика личности с акцентом на саморефлексию и практическую активность, смыкается с психологическими подходами.

   ТЕМА 6. Коллективное поведение и социальные движения семинар (лекция - 4 часа, семинар - 2 часа).

Коллективное поведение, начиная с основоположников этой проблематики Лебона и Тарда (конец прошлого века) рассматривается в разных теориях, причем их авторы как правило акцентируют внимание либо на доминанте иррационального (упомянутые выше), либо рассудочного (Н.Смелсер), либо поведенческих интенций (Г.Оллпорт), либо поведенческих практик (А.Турен). Бехтерев пытался психо-физиологически объяснить коллективное поведение в теории коллективной рефлексологии.

Существенно, что все эти подходы вполне адекватны, ибо рассматривают разные типы коллективного поведения. Толпа, возбужденная беспокойством или даже страхом некоей угрозы, действительно действует по преимуществу иррационально (С.Московиси в недавней работе 'Век толп' отмечает и рациональные моменты в действиях толпы), подвержена 'психическому заражению'. Смелсер преимущественно рассматривает в своей теории коллективного поведения политические и гражданские движения и потому акцентирует их целеустремленность. Оллпорт развивал свою теорию на материалах расистских движений и акцентировал сходство социальных аттитюдов их участников = презрительного отношения к 'черномазым'. Турен внимательно изучал движение польской 'Солидарности' и акцентирует мобилизационные процессы в организации движений.

Можно уверенно считать, что 'пусковым механизмом' просистемных и антисистемных движений является состояние относительной депривации - зависти по поводу лучшего положения других социальных групп или неспособности реализовать на практике социальные ожидания (Д.Дэвис и Т.Гурр). Как правило, движения вовлекают маргиналов, они имеют более или менее закономерные стадии развития (от ощущения относительной депривации до формулирования программы действий и установления нормативного контроля в рядах участников). Важна ресурсная составляющая движений: репертуар тактик действий (чем он богаче, тем эффективнее движение), материальная база, агитационные способности, авторитет лидеров и т.д. Движение прекращает свое существование трояким образом: либо путем встраивания в легитимную социальную систему (как 'зеленые' в германском Бундестаге, где они образуют сильную фракцию), либо затухает из-за отсутствия ресурсов, либо подвергается подавлению в авторитарной системе.

Обсуждение динамики возникновения в начале перестройки и дальнейших судеб социальных движений в СССР и постсоветской России. К настоящему времени социальные движения в России влачат жалкое существование, в основном действуют, используя материальную поддержку западных фондов, не находят активной поддержки у населения. Исключение составляют некоторые национальные и религиозные движения. Любопытна особенность движения солдатских матерей, начавшееся в советские годы как просистемное (организации при военкоматах в помощь последним), превратившееся в антисистемное. Также примечательна своеобразная 'подростковость' этого движения в том смысле, что матери 'вытаскивают' своих детей из Чечни, от призыва в армию, тогда как 'взрослость' американской молодежи в период Вьетнамской войны проявлялась в сжигании военных билетов, бегстве в Канаду - действиях зрелых мужчин.

Одна из форм коллективного поведения - революции, о чем - в теме 7.

В деятельностно-активистком подходе социальные движения рассматриваются как решающий и основной фактор социальных изменений, притом часто глобального масштаба (так называемые новые движения, не связанные с социально-структурными группами, но с идейными платформами). Ясно, что зрелые движения возможны в обществе с развитыми гражданскими структурами.

   ТЕМА 7. Теории социальных изменений в теориях революций, девелопментализма и в деятельностном подходах (лекция - 4 часа, семинар - 2 часа).

В начале 90-х Раймон Будон сделал попытку тщательно проанализировать насколько общенаучные подходы применимы к анализу социальных изменений. Выводы оказались неутешительными. (а) Причинные модели (если наличествуют такие-то обстоятельства, то следует ожидать такой-то эффект) не подходят, поскольку практически невозможно учесть все существенные факторы социальных процессов (например, ожидалось, что отпуск цен приведет к здоровой конкуренции, как это было в Польше. Но 'забыли' о мощном ВПК, естественных монополиях и чуда не случи - лось). (б) Причинные модели с обратной связью также могут быть применимы в одних и не применимы в иных культурах. Протестант, к примеру, вдохновленный успешностью своего предпринимательства,и наращивает капитал, пуская его в дело. Русский крестьянин, по Чаянову, добившись 'достатка', предается известному занятию, именуемому на Руси веселием. (в) Экстраполяции не раз подводили демографов, но особо ярко их ущербность была продемонстрирована Мертоном на Варненском Международном конгрессе в дискуссии с Прайсом. Прайс был тогда знаменит своим открытием экспанентного роста науки: каждые 15 лет удваивалось число занятых в науке и НИОКР Мертон встал и обратился к тогдашнему президенту исследовательского комитета по науке: ' Я тут кое-что подсчитал, сказал он, и получается, что к 2 тыс. какому-то году все мужчины, женщины и собаки должны стать учеными.' И верно, что экспанентное развитие в науке сменилось ныне интенсивным ее развитием (краткие резюме вместо обилия журналов, компьютерный контроль эксперимента вместо десятков лаборантов и т.д.) (г) Закономерности поступательного безвозвратного развития = девелопменталистские часто подводят социальных исследователей, о чем - ниже. И, наконец, (д) модели революционных, радикальных сдвигов наподобие революций в научных парадигмах (Кун) иногда имеют место, но иногда заменяются эволюционным приростом знаний Вывод Будона состоит в том, что следует учитывать пределы, ограничения каждой из названных моделей, разумно используя их комбинации.

В макротеориях социальных изменений марксова теория революций как 'локомотивов истории' вполне оправдывала себя в применении кряду европейских стран при переходе от феодализма к капитализму. Мировой социалистической революции не случилось. Октябрь в России обернулся чем-то мало похожим на социализм в теории марксизма. Современные западные демократии научились так строить социальную политику, чтобы избегать не только революционного взрыва, но упреждать явные трудовые конфликты путем переговоров между союзами предпринимателей и наемных работников под гарантией закона ('трипартизм'). Революции остаются одной из форм социальных изменений в странах авторитарного или диктаторского режимов.

Девелопменталистские подходы, доминирующие в социологической классике от Конта и Дюркгейма до Парсонса включительно, предполагают 'естественность' социального прогресса от традиционности к современности и далее к постсовременности. Ральф Дарендорф в этой связи замечает, что всякий 'постизм' (помимо названного - идеи постиндустриального общества) лишь потому является в теоретических схемах, что теоретики неспособны определить сущностную природу иного общественного строя. То же и в советском марксизме, где придумывались стадии 'в основном' построенного социализма, затем 'зрелого', а далее не успели именовать следующую стадию, ибо перестройка завершила это 'триумфальное шествие'. Девелопментализм подвергается критике и со стороны глобалистких подходов. И.Валлерстайн подчеркивает, что ныне уже невозможно представить поступательно-безвозвратное развитие от традиционности к современности в силу включенности развивающихся стран в капиталистическую мироэкономику.

Деятельностники обращают внимание на необоснованность модернизационных теорий в том смысле, что наряду с позитивными эффектами социальный прогресс приносит массу негативных: перенаселенность городов, загрязнение природы и, наконец, неконтролируемые риски. Гидденс предпочитает называть нынешнюю стадию европейской цивилизации обществом 'позднего модерна', чреватого техногенными катастрофами, господством транснациональных 'неосязаемых' структур и т.д., а германский теоретик У.Бек вовсе утверждает, что производство рисков начинает превосходить производство материальных и иных благ и что человечество вступает в стадию тотальных рисков. (О.Яницкий называет Россию обществом повышенных рисков).

В деятельностно-активистской парадигме вектор социальных изменений справедливо связывается с активностью многообразных социальных субъектов, которые (по Карлу Попперу) способны парализовать нежелательные тенденции развития, равно как и реализовать 'предсказания' великих безумцев, наподобие Гитлера ( 'самореализуемые предсказания'). Следовательно, именно противоборство или солидарные действия акторов исторической драмы определяют направленность социальных сдвигов.

Кажется, что социальные изменения могут быть описаны и поняты в теориях циклизма, тем более, что в экономике доказано наличие циклов подъема и спада (открытие нобелевского лауреата Н.Кондратьева), а в политологии мало кто сомневается в систематитической смене элит (В.Парето), одни из которых - 'львы' выступают реформаторами, а другие - 'лисы' вынуждены закреплять реформы и обеспечивать стабильность общественной системы. Циклы подъема и спада любых социальных процессов на самом деле наблюдаются в современной истории (Н.Данилевский, О.Шпенглер), ибо любая культура имеет моменты зарождения, массовизации и упадка перед новым социо-культутурным 'разворотом' Теория А.Тойнби и проблема 'капсулирования' цивилизаций. Циклизм в принципе не содержит в себе обоснованных аргументов относительно содержания, сущностной природы будущего. Предсказания П.Сорокина о наступлении благостной для человечества гармонии сенситивности и рациональности скорее продиктованы его православием, нежели научным рассудком. Еще более сомнительны комические толкования социальных циклов, вроде гумилевской теории о смене пассионарных состояний бурной активности этносов периодами покоя и даже апатии в связи с циклами солнечной активности. Резюме относительно теорий социальных циклов вполне очевидно: имеют место периоды подъемов и спадов, ибо люди не способны извечно производить только и только новации, они вынуждены адаптироваться к уже случившимся изменениям, позитивным или негативным Нынешняя история российских трансформаций - тому свидетельство. Процессы глобализации. Мироэкономика, по Валлерстайну, мировизация, по М.Элброу, проблемы якобы унификации мировой культуры (альтернативы, поУ.Ганнерсу) так называемая макдонализация (Дж.Ритцер, дискуссия с ним Н.Покровского и др.) Ш.Айзенштадт и доказательства своеобразия вхождения стран и культур в глобальное сообщество. Теория 'третьего пути' (Гидденс): неспособность общесоциальных институтов в условиях глобализации исполнять свои функции и перенос 'центра тяжести' на гражданское самоуправление. Обсуждение проблем относительно возможного положении России в миросистеме. Не сможет ли Россия совместить западную и восточную культуры?

Резюме по теме - мировая система реально входит в новую цивилизацию со свойствами информационной доминанты, сетевых форм рыночных отношений, а вместе с тем - опасных рисков и непредсказуемых трансформаций.

   ТЕМА 8. Интегративные тенденции и модели в современной теоретической социологии (лекция - 2 часа, семинар - 2 часа).

Уже в 60-е годы Жорж Фридман, будучи озабочен состоянием множественности теорий, предложил концепцию комплиментарности социологического анализа и объяснения наблюдаемых событий. На уровне частных теорий одни и те же процессы объясняются и истолковываются по-разному так, что упущения в рамках одной частной теории могут быть восполнены объяснениями с позиций иного подхода. Этот принцип, действительно, 'работает' на мезоуровне (демонстрации из практики российских исследований последних лет).

В макротеориях интегративные устремления далеко не столь успешны. Один из вариантов - концепция 'сенсибилизирующих аналитических схем', предложенная Дж. Тернером в конце 80-х. Автор концепции считает, что можно, двигаясь как бы с двух сторон - от некоторой 'симпатичной' философской теории (точнее - социально философской) и одновременно - от эмпирических данных, найти дефиниции, чувствительные и в отношении макротеории и применительно к фактуальным обобщениям.Дж. Александер примерно в то же время сформулировал принцип мульти -переменного теоретического синтеза 'нормативистских' и 'инструментальных', объективистских и субъективистских подходов, а Э.Гидденс выступил с радикальной деятельностно-активисткой программой 'дуальности' структур, о чем говорилось выше (см. тему3 о структурах и социальных институтах). Дуальность структур в том, что они и формируют социальных агентов, и.формируются их практиками, причем в теории Гидденса (теория структурации) присутствуют и важные идеи марксизма (деятельностный подход), и структуралисткие (Дюркгейм, Парсонс), и феноменологические (идея рефлексивности социальных агентов), совмещение макро- и микро-анализа социальных процессов.

Другая стратегия - создание некоего универсального методологического 'инструмента', вроде концепции П.Бурдье, в которой аккумулированный субъектом опыт минувших практик (хабитус) реализуется в предрасположенности к определенным практикам в настоящем и будущем, способен повышать его властный капитал и расширять поле социального влияния. П.Штомпка предлагает рассматривать социальные процессы в четырех измерениях: в параметре Идей или идеологий (здесь уместны теории Маркса, Маннгейма, Шелера), в параметре Нормативных систем (множество адекватных теорий по этому предмету), в параметре Интеракций (в частности преимущественно вертикальных или горизонтальных, отличающих восточные и западные культуры) и, наконец в том измерении, которое может быть названо социальным ресурсом агентов, допускающем, либо блокирующим достаточную свободу действий( 'Оппортьюнити'- возможности). По заглавным буквам этих переменных автор назвал свою модель ИНИО-схема. Проверено в аналитических процедурах, что ИНИО вполне успешно позволяет и описать, и объяснить социальные процессы в частности и в современной России (демонстрация соответствующих работ).

Авторы аналитического обзора о современных интеграционных процессах в области теории (Социологический ежегодник МСА, 1998г.) Ч. Камик и Н.Гросс упоминают и такую стратегию как 'расширение' теориий классиков - неомарксизм, неовеберианство, неопарсионизм и др. В этих подходах классики как бы прочитываются в контексте современности (пример: работы Ю.Давыдова, объясняющего с позиций Макса Вебера принципиальную невозможность развития 'рационального капитализма' в России).

Те же авторы отмечают модель теоретизирования в социологии, ориентированную на изучение принципиально новых социальных процессов и явлений, относительно которых социологическая классика 'безмолвна': глобализация, гендерная проблематика, энвайроментальная социология( исследования социальных процессов выживания человека в им же загрязняемой природной среде).

Наконец, следует сказать и о постмодернистских проектах в социальной теории, каковые сводятся к ее тотальному отрицанию и замене теоретизирования неким повествованием (дискурсом) о событиях и переживаниях людей. М.Фуко вовсе предложил 'убрать социологию прочь из истории социальных дисциплин'.

Резюме по данной теме в пользу деятельностно-активистского подхода, поскольку в этой парадигме динамизм общественных процессов и принцип социальных, а не естественных законов общественного развития утверждает несомненный факт наступающей (или наступившей уже) цивилизации, по В. Степину, антропогенной, сменяющей техногенную.

   ТЕМА 9. Трансформационные процессы в российском обществе. Какие теории более адекватны для описания, объяснения и понимания современной России? (лекция - 2 часа, дискуссия- 3 часа).

Мы решительно не согласны с применением теорий модернизации к современной России, ибо они утверждают как единственный путь - 'догоняние' передовых западных стран, каковые не собираются 'поджидать' догоняющих. 'Запаздывающая модернизация' (работы Н. Наумовой) - тупиковый вариант трансформаций, ибо россиянин вряд ли станет немцем или американцем. Ш. Айзенштат великолепно показал насколько различны пути вхождения в миросистему решительно всех стран Европы, Азии и других континентов. Адекватный термин для анализа наших реформ - 'трансформации', каковые не имеют заданного вектора (обсуждение перемен в Японии Индии, Испании).

Социокультурная природа общественных систем (сам термин, объединяющий социальные и культурные процессы впервые был введен в теоретическую социологию Питиримом Сорокиным) не только различна (часто радикально), но и весьма инертна. В последних работах С.Кирдиной показано, что имеют место матрицы социальных институтов, т.е. их устойчивые синдромы. Российская 'матрица' вертикальна в том смысле, что властные структуры доминируют, а западная - горизонтальна - в ней доминируют структуры гражданские. Потому Л. Федотова пишет о 'Модернизации другой Европы', обсуждая наши трансформации. Но можно добавить, что Россия - это и 'другая Азия'. Оставляя в стороне споры евразийцев, как полемику 'не-социологов', скажем так, что в наступающей мироцивилизации совмещение 'коммунитарности' (проще межличностных коллективистских взаимоотношений) и рационального индивидуализма - это реальная и уже осязаемая проблема в европейских странах и США. Почему не предположить, что российский статус в миросистеме в этом социокультурном смысле (не в экономическом) не окажется весьма достойным?

Проблема особенностей социального характера россиян (Л.Касьянова, в частности: работа ' Русский национальный характер')усский национальный хз, Ю.Левада о 'советском простом человеке'), обсуждение исследований о ценностных структурах россиян за последнее десятилетие (работы Н. Лапина, Б. Докторова, А. Демидова, Ю.Сатарова, Е. Башкировой, В Магуна, наши исследования по социальной идентификации).

Особенности 'посткоммунистических' трансформаций (П.Махонин, И. Станискис, Т. Мокржицкий и др.), каковые в социологической теории никак не были предвидимы и потому представляют интригующее поле для теоретического осмысления. Формулирование скорее 'хороших' вопросов, нежели убедительных ответов (дискуссия в группе).

Глобализация и мировизация социальных процессов (эти понятия не идентичны) как концептуальная 'рамка' обсуждения перспектив российских трансформаций. Существенно, что социологическая классика (если не считать Ленина и его работы об империализме, а также Троцкого по этому же вопросу) ничего нам не дает в понимании грядущего миросистемы. Социологическая теория наших дней утверждает принципиальную непредсказуемость будущего, ибо оно зависит от множества факторов, в ряду которых и противоборство сильноресурсных агентов исторического процесса (например, транснациональных корпораций, региональных государственных союзов, солидарных действий представителей разных культур), и неожиданности со стороны природных явлений и техногенных катастроф, и активизация международного терроризма, и Бог знает что еще. Вспомним, как Будон иронизирует над 'общенаучными моделями' социальных прогнозов. Деятельностьно-активистская ориентация вводит в социологический словарь понятие 'эмерджентности' - неожиданных следствий практик социальных субъектов, включая лидеров, коллективные движения, корпорации и т.д. и непредсказуемых ответных действий социальных акторов, т.е. деятелей исторического процесса.

ЛИТЕРАТУРА

   ЛИТЕРАТУРА ПО ВСЕМУ КУРСУ

1. Бауман З. Мыслить социологически. М.: Аспект-Пресс, 1996.
2. Бергер П. Приглашение в социологию. Гуманистическая перспектива. М.: Аспект-Пресс, 1996.
3. Гидденс А. Социология. М.: Эдиториал, 1999.
4. Комаров М.С. Введение в социологию. М.: Наука, 1994.
5. 'История теоретической социологии' (под ред. Ю.Н. Давыдова) в 4х томах: тI.- М ОИ 'Реабилитация', 1997; тт.III и VI , М., 'Канон', 1998; т. IV-М ,СПб, изд-во Христианского гуманитарного института, 2000г.
6. Казаринова Н.В., Филатова О.Г., Хренов А.Е. (под общей редакцией Г.С.Батыгина) Социология и практикум по социологии., М. Nota Bene, 2000г.
7. Монсон П. Современная западная социология: теории, традиции, перспективы. СПб.: Нотабене. 1992.
8. Монсон П. Лодка на аллеях парка. Введение в социологию. М.: Весь мир, 1995.
9. Смелзер Н. Социология. М.: Феникс, 1994.
10. Социология / Ред. Г.В. Осипов. М.: Наука, 1995.
11. Тернер Дж. Структура социологической теории. М.: Прогресс, 1978.
12. Фролов С.С. Социология. М.: Наука. 1994.
13. Штомпка П. Социология социальных изменений. М.: Аспект-Пресс, 1996.
14. The Blackwell companion to Social Theory / Ed. by Bryan S. Turner, Blackwell, Oxford U.K., 1996.
15. Core sociological dichotomies / Ed. by Yenks Chr., L. Sage. 1998.

   ТЕМА 1

1. Арчер М. Реализм и морфогенез // Социологический журнал. 1994. ? 4.
2. Батыгин Г. Формы воспроизводства и представления социологического знания // Социологические чтения. М.: ИС РАН, 1996. Вып. 1
3. Бауман З. Спор о постмодернизме // Социологический журнал. 1994. ? 5.
4. Бурдье П. Начала. М.: Socio-Logos, 1994.
5. Бурдье П. Оппозиции современной социологии // Социологические исследования. 1996. ? 5.
6. Вагнер Р. Социология: к вопросу о единстве научной дисциплины // Социологический журнал. 1996. ? 3/4.
7. Гидденс Э. Девять тезисов о будущем социологии // Альманах THESIS. Теория и история экономических и социальных институтов и систем. 1993. ? 1.
8. Джонсон Т., Дандекер К., Эшуорт К. Теоретическая социология: условия фрагментации и единства // Альманах THESIS. 1993. ? 1.
9. Коллинз Р. Социология: наука или антинаука? // Альманах THESIS. 1994. ? 4.
10. Леденева А.В. Современная социальная теория: Бурдье, Гидденс, Хабермас, Новосибирск: Изд-во Новосиб. ун-та, 1995.
11. Теория общества / Под ред. А.Ф. Филиппова. М.: Канон-Пресс, 1999.
12. Тернер Дж. Структура социологической теории. М.: Прогресс, 1978.
13. Филиппов А.Ф. О понятии "теоретической социологии" // Социологический журнал. 1997. ? 1/2.
14. Ядов В.А. Социальная теория в поисках выхода из кризисного состояния // Общество и экономика. М., 1998.

   ТЕМА 2

1. Здравомыслова Е.А. Парадигмы западной социологии общественных движений. СПб.: Наука, 1993.
2. Качанов Ю. Политическая топология: структурирование политической действительности. М.: Ad Merginem, 1995.
3. Московичи С. Век толп (пер. с фр. Т.П. Емельяновой, М., 'Центр психологии и психотерапии', 1996.
4. Филиппов А.Ф. Обоснование теоретической социологии: введение в концепцию Георга Зиммеля // Социологический журнал. 1994. ? 2.
5. Штомпка П. Социология социальных изменений / Пер. с англ. Под ред. В.А. Ядова. М.: Аспект-Пресс, 1996. Гл.19 и 20
6. Ядов В.А.Стратегия социологического исследования: описание, объяснение, понимание социальной р еальности. М.: Добросвет, 1998. Гл. I. 1.

А также из списка общей литературы по курсу см. тематику: социальные группы, социальное взаимодействие (лучше всего в кн. Гидденс А. Социология (гл. 4, 9, 12) и Смелзер Н. Социология (гл. 5, 19). Глобализация и мировое сообщество (лучше всего в кн. П. Штомпки).

   ТЕМА 3

1. Бурдье П. Структура, габитус, практики // Журнал социологии и социальной антропологии. 1998, ? 2.
2. Волков В.В. О концепции практик в социальных науках // Социологические чтения. Вып. 2. Под ред. Е. Даниловой. М.: ИС РАН, 1997.
3. Кирдина С.Г. Институциональные матрицы и развитие России, М.:ТЕИС (МГУ), 2000
4. Мостовая Н.В. Социальное расслоение: символический мир метаигры. Учебное пособие. М.: Механик, 1996.
5. Пригожин А.И. Современная социология организаций. Учебник. М.:. Интерпрас, 1995.
6. Радаев В.В. Теневая экономика в России: изменения конструктов // Pro et Contra, Зима, 1999.
7. Тамбовцев В.Л. Введение в институцианальный анализ., М.:'ТЕИС' (МГУ), 1996
8. Portes A. Social Capital: Its Origins and Applications in Modern Sociology // Annul Review of Sociology, 1998, Vol. 24
9. Core Sociological Dichotomies (в общем списке-15), глава Structure - Agency.

Рекомендация: обратите внимание на работы Э. Дюркгейма, Т.Парсонса и Р. Мертона по проблеме "социальные институты".

   ТЕМА 4

1. Ильин В.И. Социальное неравенство. Сыктывкар, 2000.; он же Социальное
2. Неравенство, М. ИС РАН, 2000.
3. Мостовая Н.В. Социальное расслоение: символический мир метаигры. Учебное пособие. М.: Механик, 1996.
4. Радаев В.В., Шкаратан О.И. социальная стратификация. Учеб. пособие. М.: Наука, 1995.
5. Portes A. Social Capital: Its Origins and Applications in Modern Sociology // Annul Review of Sociology, 1998, Vol. 24

По проблеме социального расслоения в современной России см.: Заславская Т.И. Публикации в Информационном бюллетене ВЦИОМ "Экономические и социальные перемены: Мониторинг общественного мнения". М., 1994-96 и позже..См. также регулярные публикации Ю. Левады в 'Мониторинге общественного мнения', начиная с 1999 г. по теме 'Человек'. Советский простой человек: опыт социального портрета на рубеже 90-х /Под ред. Ю. Левады. М.: Мировой океан, 1993. Трансформация социальной структуры и стратификации российского общества/ Под ред. З.Т. Голенковой. М.: ИС РАН, 1996.

   ТЕМА 5

1. Андреева Г.М. социальная психология. М.: Наука, 1994. Раздел IV. С. 230-277.
2. Асмолов Л.Г. культурно-историческая психология и конструирование миров. М.- Воронеж, 1996. Раздел IV.
3. Бауман З. От паломника к туристу // Социологический журнал. 1995. ? 4.
4. Берн Э. Игры, в которые играют люди; люди, которые играют в игры. М.: Прогресс, 1988.
5. Ионин Л.Г. Социология культуры. М.: Логос, 1996.
6. Кон И.С. Социология личности. М.: Наука, 1967.
7. Кон И.С. В поисках себя: личность и ее самосознание. М.: Наука, 1984.
8. Саморегуляция и прогнозирование социального поведения личности / Под ред. В.А. Ядова. Л.: Наука, 1979. Гл. 1.
9. Федотова В.Г. Модернизация 'другой' Европы. М.: ИФ РАН, 1997.
10. Core sociological Dichotomies глава Culture/Nature

   ТЕМА 6

1. Здравомыслова Е.А. Парадигмы западной социологии общественных движений. СПб.: Наука, 1993.
2. Московичи С. Век толп (пер. с фр. Т.П. Емельяновой, М., 'Центр психологии и психотерапии', 1996.
3. Штомпка П. Социология социальных изменений / Пер. с англ. Под ред. В.А. Ядова. М.: Аспект-Пресс, 1996. Гл.19 и 20
4. Ядов В.А. Социальные и социально-психологические механизмы социальной идентификации личности./Мир России, ? 3-4, 1995.
5. Ядов В.А. Солидаризация в рабочей среде: социальное и индивидуальное. ИС РАН, М., 1998.

   ТЕМА 7

1. Будон Р. Теория социальных изменений (пер. с англ. под ред. М.Черныша), М., 'Аспект-Пресс', 1999.
2. Ионин Л.Г. Идентификация и инсценировка (к теории социокультурных изменений) // Социологические исследования. 1995. ? 4.
3. Штомпка П. Социология социальных изменений / Пер. с англ. Под ред. В.А. Ядова. М.: Аспект-Пресс, 1996. Гл.19 и 20
4. Эйзенштадт Ш. Революция и преобразование в обществе. М.: Аспект-Пресс, 1999.
5. Alexander J.C. Modern, anti. Post and Neo : How Social Theories have tried to understand the 'New world' of 'Our times'
6. Из Core sociological Dichotomies (в общем списке - 16) гл. Continuity/Change
7. Giddens A. The Third wpy and its critics. Polity Press, 2000

Тема в основном охватывается книгой П. Штомпки "Социология социальных изменений" (см. выше). В печати находится сборник статей И. Валлерстайна (о капиталистической миросистеме).

   ТЕМА 8

1. Бурдье П. Оппозиции современной социологии // Социологические исследования. 1996. ? 5.
2. Вагнер Р. Социология: к вопросу о единстве научной дисциплины // Социологический журнал. 1996. ? 3/4.
3. Гидденс Э. Девять тезисов о будущем социологии // Альманах THESIS. Теория и история экономических и социальных институтов и систем. 1993. ? 1.
4. Джонсон Т., Дандекер К., Эшуорт К. Теоретическая социология: условия фрагментации и единства // Альманах THESIS. 1993. ? 1.
5. Тернер Дж. Структура социологической теории. М.: Прогресс, 1978.
6. Тернер Дж. Аналитическое теоретизирование. В кн. 'Теория общества' (под ред А.Ф. Филлипова), 'Канон-Пресс', 1999.
7. Ядов В.А. Социальная теория в поисках выхода из кризисного состояния // Общество и экономика. М., 1998.
8. Camic Ch and Gross N. Contemporary Developments in Sociological Theory: Current Projects and Conditions of Possibility. In: Annual Rewiew of Sociology, Vol.24,1998.

   ТЕМА 9

1. Ахиезер А.С. Россия - расколотое общество: некоторые проблемы социокультурной динамики // Мир России. 1995. ? 1.
2. Бутенко А.П., Колесниченко Ю.В. Менталитет россиян и евразийство: их сущность и общественно-политический смысл // Социологические исследования. 1996. ? 5.
3. Касьянова К. О русском национальном характере. М.: Ин-т национальной модели экономики, 1994.
4. Кирдина С.Г. Институциональные матрицы и развитие России, М.:ТЕИС (МГУ), 2000
5. Наумова Н.Ф. Рецидивирующая модернизация в России: беда, вина или ресурс человечества. М.: Эдиториал, 1999.
6. Панарин А.С. Россия в цивилизационном процессе. М., 1995.
7. Рэй Л. Постсоциализм: постмодернизм или возврат модернизма? // Социологические чтения / Ин-т "Открытое общество"; ИС РАН; Британский социол. клуб в Москве. М., 1996. Вып. 1.
8. Советский простой человек: опыт социального портрета на рубеже 90-х / Под ред. Ю. Левады. М.: Мировой океан, 1993.
9. Социальная модернизация в России: материалы обсуждения за 'круглым столом' в Институте философии. // Вестник Российской Академии наук, 1993, т.69, ? 3
10. Шабанова М. Социология свободы: трансформирующееся общество, М.: МОНФ, 2000.
11. Федотова В.Г. Модернизация "другой" Европы. М.: ИФ РАН, 1997.
12. Ядов В.А. Россия как трансформирующееся общество (резюме многолетней дискуссии социологов) /Общество и экономика ?10-11, 1999.
13. Alexander J.C. Modern, anti. Post and Neo : How Social Theories have tried to understand the 'New world' of 'Our times'